«Пустит ли тебя Эльбрус — ты не можешь быть уверен»

Брянский общественник о покорении вершины — важности мотивации и любви к путешествиям.
Автор: Екатерина Саврухина, Редактор
Места

Брянский общественник Сергей Тощенко, которого в городе знают как руководителя БМЦ (Брянского молодежного центра), увлекается горным туризмом (и путешествиями вообще) уже долгое время: горы — страсть для него. Совсем недавно на карте путешественника появился еще один значок — напротив Эльбруса. Идея покорить вершину появилась у Сергея вовремя отдыха в Приэльбрусье — наверное просто невозможно остаться равнодушным, смотря на эти величественные снежные пики.

Мы поговорили с ним об этом сложном путешествии. А оно действительно было сложным: например, спать во время привала приходилось буквально сквозь холод и вызванную им дрожь. А общее время покорения заняло около 17 часов (с 3:00 до 19:00). О том, что помогло справиться со всеми сложностями, изнанке такого путешествия, любви к горам и природе (в том числе, кстати, и нашего брянского края) — в беседе с Сергеем.

— Покорить Эльбрус — это была твоя мечта или все получилось спонтанно? Расскажи, пожалуйста, как ты собирался/планировал это путешествие.

Покорить Эльбрус — это точно была моя мечта. Однажды я отмечал Новый год в Приэльбрусье и величественные пики снежного гиганта зародили во мне это желание. Последнее время я подыскивал компанию, изучал информацию и туры, планировал бюджет. Видимо, силой желания, возможность сама нашла меня, и уже это — оказалось спонтанно. В рамках другого своего путешествия в Адыгею, я познакомился с опытным инструктором. Он и позвал с собой на восхождение на Эльбрус, а через две недели я уже был на его вершине.

— До этого момента какая у тебя была самая высокая вершина? В связи с новым опытом как ты оцениваешь все предыдущее — это было очень просто по сравнению с Эльбрусом или нет?

Это было моё первое подобное восхождение. Все горы, на которые я до этого ходил в походы не требовали акклиматизации, специального оборудования и физической подготовки. Потому что их высота была до двух тысяч метров. Весь этот опыт можно назвать легкими прогулками в сравнении с Эльбрусом.

— Что для тебя значит восхождение на гору (конкретно Эльбрус и гору вообще) — преодоление себя или может быть что-то другое?

Во-первых, сами горы — это моя страсть. Я очень часто выбираю отдых в местах, где можно сходить в походы по горам.

Во-вторых, восхождение на Эльбрус — это моё стремление к чему-то, что находится на грани невозможного, что испытывает и проверяет тебя, как физически, так и психологически. И возможно ты хорошо готов к преодолению всех сложностей, но пустит ли тебя Эльбрус на свои вершины или нет — ты уверен быть не можешь, может произойти всё что угодно. У нас так и было: погода была плохая, шансы были небольшие для начала восхождения, но нам повезло и мы не упустили этот шанс, успешно поднявшись с северной стороны на восточную вершину.

— На саму вершину вы стали подниматься ночью. Почему именно в это время, а не, допустим, утром? И сколько всего занял путь?

Вначале мы поднимались на высоту 2400 м, в базовый лагерь, далее на 3800 м, в штурмовой лагерь. После была акклиматизация — это подъём на высоту 4600 м, многим он дался очень тяжело, поскольку у нас было мало времени для хорошей акклиматизации.

На штурм все группы с новичками выходят ночью, поскольку восхождение у них занимает довольно много времени, а нужно спуститься строго до наступления темноты, поскольку это может быть опасно. Мой подъём и спуск в общей сложности заняли 17 часов, начали мы в 3 утра а вернулись к 19:00.

— Ты пишешь (в посте), что у вас был палаточный лагерь? А какая там была температура? Как вы сохраняли тепло?

Да, у нас было классическое пешее восхождение с палаточным лагерем. На высоте 2400 м ночью была температура около нуля, на 3800 м — ночью было от −1 до −7, у нас были пуховые спальники на −10, но один спальник бы нас не спас. У меня ещё был надувной коврик, на камнях на нём спать очень удобно, теплее. Чтобы было теплее, на ночь я подкладывал под коврик свои зимние вещи, спал в шапке, пуховке (лёгкая пуховая куртка), в термобелье и штанах. И это всё работало, если вещи были не сырые. Когда что-то промокало от плохой погоды и сырости в палатке, становилось холодно, лежишь и дрожишь, но при этом стараешься заснуть.

— Какие были сложности при подъеме — не только в плане физики, но и в психологическом (и что преобладало — волнение или нагрузка на тело)? Помогало ли наличие группы (не одиночный подъем)?

Волнения у меня не было, я был железно мотивирован покорить Эльбрус, мой мозг был запрограммирован за дни в лагере достигнуть этой цели. Как бы мне не было физически тяжело, моя железная мотивация, шаг за шагом, поднимала меня выше. Т. е. физически, как раз я преодолевал себя и последствия ускоренной акклиматизации. Без своих товарищей и нашего инструктора было бы гораздо тяжелее. Они шутили, поддерживали, помогали, подстраховывали и просто морально разделяли все трудности.

— Знаешь, есть разные истории (иногда чуть ли не полумистические) о том, как альпинисты теряли связь с реальностью на огромных высотах — про Эверест, например, такое рассказывают. Что ты думаешь по этому поводу — веришь или нет, или может быть знаешь о чем-то подобном?

Когда мы с группой собирались в лагере на обеды, наш инструктор рассказывал много историй про восхождения на горы выше семи тысяч и, конечно, про Эверест. Например, что его экспедиции при восхождении встречали замёрзшие трупы погибших альпинистов, к которым штурмующие Эверест постепенно привыкают. Тоже он рассказывал и про Эльбрус, даже при восхождении указывал на места, где лежат погибшие восходители, тела которых не смогли эвакуировать. Может это и вымышленная история, но кто из нас пойдёт на трещины ледника проверять.

— Что ты в принципе думаешь о покорении Эвереста? Хотелось бы тебе когда-нибудь подняться на него или ты считаешь, что это не стоит возможности не вернуться?

Покорить Эверест цели пока не ставлю. Есть прекрасные высокие горы в России. Скорее я бы их сейчас рассматривал для нового восхождения, например, Казбек.

— Какими еще видами туризма, кроме горного, ты увлекаешься? Как тебе кажется, у какого из них наибольший потенциал для развития в нашем регионе?

Я большой любитель водного туризма — сплавы на байдарках ещё одна моя страсть. Думаю у него имеется большой потенциал для развития в нашем городе. По крайней мере, я всё чаще вижу плавающих на сабах и байдарках по Десне, увеличился у нас и спрос на аренду байдарок. Вообще всё к этому располагает, есть несколько рек в нашем регионе и ещё озёра Орлика в Брянске, идеально подходящие для водных походов на несколько дней и даже сплавов на несколько часов. Думаю, у нас могла бы даже появиться байдарочная секция.